Касса театра: +7 (812) 388-00-31
Старая версия сайта
Отзывы

«Сказочный балаган»

15 Августа 2018
Автор: Яна Постовалова
Блог «Петербургский театральный журнал»

Сказка Бориса Шергина «Волшебное кольцо» в интерпретации украинского режиссера Оксаны Дмитриевой превратилась в «балаганное представление в двух частях» — таков жанр, указанный на афише и в программке. Обозначенная форма, казалось бы, отвечает заявленному содержанию, находя свое отражение как на внешних, так и на внутренних, глубинных уровнях организации действа.

Занавес открывается, перед зрителем возникает еще один — уже балаганный — занавес: красно-синий, ярмарочно яркий, расписной, расшитый изображениями разных созвездий, с огромной эмблемой солнца посередине. Условный шатер распахивается, и из него сначала выкатываются два скомороха (Владлен Котов и Антон Витченко), а затем чинно и благородно выступают Птица-Солнце (Екатерина Стукалова/Ольга Зорина) и Птица-Луна (Оксана Андрейчук/Ольга Маноцкова). Четыре рассказчика, четыре проводника по сказочному пространству, символизирующие собой, фактически, земное и надземное царства. Есть здесь представитель потусторонних сил, частый, почти традиционный, рогато-хвостатый участник балагана — Черт, появляющийся, стоит только персонажу ругнуться или чертыхнуться.

В связи с возникшим многоголосием и сменой жанра потребовалась очевидная перекройка произведения Шергина. Главные герои — не люди, а куклы (правда, не перчаточные, а планшетные), эпизоды про выкуп кошки-собаки пропущены, действие начинается с приобретения Семеном Змейки — хранительницы кольца.

Кстати о Семене: в спектакле безымянный герой сказки вдруг обретает имя, а его незатейливость, очевидная глупость сменяются мечтательностью и романтичностью. Рыжий с головы до пят, веснушчатый Семен (Александр Дулесов), плоть от плоти солнечный сын, только и делает, что, буквально взмывая к облакам, грезит о прекрасной, неземной красоты Царской Дочке в «платьице белом да туфельках коричневых». Принцесса появляется. Худая, грубая, хамоватая, лишенная всякого очарования мадам показывается вместо белого в желтом наряде и зеленых лодочках. Дерзость ее ничуть не сокрыта от зрителя, а, напротив, подчеркнута и усилена: Владлен Котов, озвучивающий Царскую Дочь, свой и без того сильный мужской голос делает еще более насыщенным, доводя его почти до баса. Эффект комический, почти балаганный.

Говоря о взаимодействии артистов и кукол, необходимо отметить сохранение дистанции между кукловодом и непосредственно самими героями. Не спрятанные за ширму, открытые артисты, ряженные скоморохами, много иронизируют над «подопечными», время от времени вступая с ними в диалог. Сильна в спектакле, как и положено балагану, доля импровизации: актеры, растворившись в материале, не придумывают, но именно оживляют текст, героев, ситуацию тут же рождающимися байками, сиюминутно возникающими партнерскими реакциями, оценками. Смотрится интересно, тем более что в финале рыжий счастливчик Семен получает в жены такую же рыжую, не от мира сего, Дуняшу — и вот, вроде бы, все: герои счастливы, дети и родители довольны.

Проблема в другом: заявляя форму балагана, открывая один занавес за другим, режиссер Оксана Дмитриева невольно заявляет тему реальности подлинной и реальности мнимой, игровой. Тема получает продолжение в вечных сновидениях Семена, его грезах о прекрасной возлюбленной, дальнейшем неверии героя глазам своим, когда вместо Царской Дочки в белом ему является странная особа в желтом. Несоответствие видят все, но только не Сеня: он продолжает, точно настоящий романтический герой, пребывать в сфере идеального, вымышленного. И хорошо бы завязать это с многочисленными героями — хранителями подземного и наземного миров, но в какой-то момент линия обрывается, не получая никакого логического разрешения, никуда не перетекая и не выводя. Наметившиеся глубины стремительно уплощаются, и балаган уже не балаган, и сказка не сказка, а что-то между: не то сказочный балаган, не то балаганная сказка.